Skip to content

Пермская летопись. 1472 год

Иоанн III

Иоанн III

Для Иоанна III, желавшего всеми мерами увеличить свои наследственные владения, достаточно было самого малейшего предлога, чтобы уничтожить самостоятельность Перми. По видимому незначительный случай – обида некоторых московских купцов в Перми, в сем 1472 году, произвела войну, так что зимою, в том же году, двинулись в Пермскую страну полки Иоанна III. В этом походе, имеющем историческое значение, весьма важно было участие епископа Филофея. Заранее знавший цель похода, посвященный в тайные планы царя Московского, архипастырь Пермский заботился о том, чтобы как можно более расположить свою паству в пользу Иоанна.  Любимый и уважаемый многочисленною паствою, Филофей внушал ей недоверие к Новгороду, а равно и к местным правителям, и, восхваляя добродетели Иоанна, привлек к нему сердца туземных жителей, так что они все усердно желали видеть его своим властителем. Московские войска, проходя по Перми, повсюду встречали дружеский прием и ласки от туземных обитателей. Филофей, чтобы облегчить для войска трудность пути в стране, малоизвестной воеводам, дал им искусных проводников, хорошо знакомых с местностью края. (Волог. Губ. Вед. 1850 г. ст. Усть-Вым). При таких удобствах, московские войска быстро продвигались вперед и на Фоминой неделе пришли к реке Черной, спустились на плотах до местечка Айфаловского, сели на коней и близ городка Искора встретились с пермской ратью. Победа не могла быть сомнительной: князь Федор  рассеял неприятелей, пленил их воевод – Кача, Бурмана, Мичкина, Качаима, Изыпара, Зыряна; взял Искор с иными городками и сжег их. После этого он пошел к устью реки Покчи, впадающей в Колву, и там, для удержания в страхе и повиновении покоренных жителей, начал строить укрепленный город. Здесь к нему вскоре присоединились другие воеводы, которые окончили также успешно свои предприятия в окрестных местах. (Матер. для Геогр. и стат. России; Перм. Губ. ч. 1, стр. 7). Воевода Гаврило Нелидов успел овладеть Уросом и Чердынью, схватив тамошнего князя христианской веры именем Михаил. В это же время были пленены и другие князья Пермские – Владимир и Матвей («… а Гаврила Нелидова отпустил на Нижнюю землю на Урос, не Чердыню, да на Покчу на Княза Михаила … и послал князь Федор Пермских воевод к великому князю, Князя Михаила и Бурмота и Мичкина». Архив. лет. л. 51, см. Ист. Госуд. Росс. Кар. т. VI, гл. 1, стр. 35).

Разные благодеяния и милости были началом властвования над Пермью Иоанна III, который хорошо понимал, как недоверчиво смотрит только что побежденный народ на своих победителей и как можно сблизить побежденных с победившими. Действительно, возобновление городов, временные льготы от дани и пошлин, произвели радостное впечатление на народ и сразу привлекли к государю сердца побежденных. Для управления Пермской страной великий князь послал обратно плененного при завоевании Пермского князя Михаила, который стал править страной, как уже присяжник государя московского. Пользуясь данью и частью доходов, он беззаботно жил в главном городе Великой Перми, был правителем лишь по имени, но устроить край, ввести в новопокоренной стране систему гражданского управления надлежало епископу Филофею. Сосредоточив, по воле Великого Князя, в своих руках власть духовную и гражданскую, епископ Пермский деятельно занялся устройством края. Едва ли нужно говорить о том, сколь много трудов предстояло святителю и с какими препятствиями сопряжено было его дело. Страна, до тех пор жившая на всей своей воле, с покорением под власть Москвы, не могла же вдруг переродиться и отстать от прежнего духа свободы. К тому же, находясь под властью Новгородцев, она была со своим особым характером: на народных управителей народ смотрел не как на людей, заботящихся о его благе, а как на промышленников, как на лиц, у которых на первом плане свои интересы, которые под личиною управителя являются в страну, чтобы обогатиться и потом вернуться на свою родину. Иоанн III, хорошо понимая это, ограничил власть посылаемых для управления чиновников, напротив облек полным своим доверием епископа Филофея. Надежды великого князя вполне оправдались. С полной энергией и необыкновенным усердием занялся архипастырь устройствомновопокоренной страны в гражданском отношении. Ввести строгий порядок общественный, развить в народных правителях чувства справедливости, в подчиненных – полное повиновение – вот та цель, которую преследовал Филофей. От природы приветливый и снисходительный, справедливый и беспристрастный во всем, он легко и скоро приобрел любовь народа,  а с этой любовью уже не так трудно было для него возвысить положение народа, поощрить торговую деятельность, усилить народную промышленность, вообще довести край для возможно полного процветания. Естественно, что при стараниях Филофея совершенно изменился как внутренний, так и внешний быт страны; – мало по малу исчезал прежний дух своеволия, являлся порядок в управлении, и строгое исполнение государственных законов. Понятно и то благодеяние, каким пользовался Филофей у народа, хорошо знавшего, кому был обязан своим благоденствием. Заботясь о внутреннем устройстве края, Филофей вместе с тем прилагал неослабленное попечение и о духовном просвещении народа. С этой целью он, с первых же годов управления Пермской епархией, занялся изучением зырянского языка, чтобы внятнее беседовать с народом на его природном языке. Часто обозревая пределы епархии, он строго смотрел за благочинием церковным, следил за нравственностью паствы, наблюдал за образованием детей в приходских школах, избирал и посвящал в сан иереев и диаконов достойных из учеников, сам испытывал их в знании святого писания и преподавал правила, как они должны вести себя в отношении к словесному стаду. При таком строгом духовном надзоре паства, естественно, получала правильное религиозное направление и утверждалась в православии. (Вологод. Губ. Вед. 1850 г. стр. 452 и Перм. Епарх. Вед. 1868 г. №44).

Примечание. Покоренная с сем году Пермь управляема была воеводами, жившими сперва в построенном на устье Камзелки (Покчи) городе, а потом в Чердыни. Воеводы зависели от Новгородского приказа, бывшего в Москве, и управлявшего Новгородской третью. Этот приказ, по покорении Казани, управлял Чердынью и зависящим от нее Соликамском и с 1662 по 1682 гг. Кунгуром, когда последний с уездом отделен был в ведение Казанского приказа и под его ведением состоял до 1703 г. В это время он приписан к Сибирскому приказу, в ведении которого состоял вместе с Верхотурским и другими Сибирскими уездами до 1710 г. С сего времени до 1719 г. управлял ими Сибирский губернатор Князь Гагарин, вследствие разделения России на 8 губерний, в числе коих была и Сибирская. В 1719 г. Россия разделена на 12 губерний, из коих Сибирская составлена была из провинций Вятской и Соликамской; к первой из них причислен был и Кунгур с уездом, от которой зависел до 1724 г. В соликамской же провинции главным городом был Соликамск, и к провинции его тогда причисляли Чердынь (Великая Пермь иначе), также Шадринск и крепостца Полдневская. От Тобольска, главного города Сибирской губернии, непосредственно зависели Верхотурье с уездом и г. Туринск, уезд которого западной своей частью занимал южно-восточный край нынешней Пермской губернии., юго-западная ее часть была в ведении Казанской провинции, где были уже в это время пригородок Оса и два медных завода при реке Тулве, принадлежавшие комиссарам Ивану Тряпицыну и Ивану Небогатому. Уфимская провинция, завяисящая также от Казанской губернии, заведовала башкирцами, жившими по рекам Белой, Уралу, Уфе и Исети до Тобола; следовательно составляли эту провинцию между прочими и южные уезды Пермской губернии: Красноуфимский, значительная часть Екатеринбургского и Шадринского. И так, части нынешней Пермской губернии причислялись тогда к 5 провинциям, из коих Тобольская, Вятская и Соликамская принадлежали к Сибирской губернии, а Казанская и Уфимская к Казанской губернии.

Российская империя в первой половине XV века

Российская империя в первой половине XV века

Возникшие впоследствии Екатеринбург и все горные заводы нынешней Пермской губернии подчинены были особому ведению, учрежденному в этом же городе, начиная с его основания, а именно с 1722 года.

Однако, в 1724 году, Кунгурский уезд отделен был от Вятской провинции, в виду отдаленности его от Хлынова (Вятки) и приписан к Соликамской провинции, которая отошла от Сибирской с подчинением ее Казанской губернии. В таком состоянии были означенные города и уезды, составляющие ныне Пермскую губернию до 1737 г. Тогда признано было за лучшее перевести из Соликамска провинциальное правление в Кунгур, чтобы беспокойных башкирцев удобнее было содержать в повиновении.

В Сибири, управляемой из Тобольска, произошла некоторая перемена. Так, в 1737 году, три дистракта – Шадринский, Окуневский и Исетский отделены от Тобольска и учреждена Исетская провинция, зависящая от г. Оренбурга, и Шадринская слобода, основанная в 1622 г., названная Архангельским Шадринским городком, сделалась тогда настоящим городом. К Исетской провинции принадлежали с того времени вся южная часть нынешней Пермской губернии, кроме Красноуфимской крепости, подчиненной Уфимской провинции, для удобнейшего содержания в повиновении башкирцев, обитающих по реке Уфе, и кроме пригородка Осы, приписанного также в 1737 г. к Уфимской провинции, для того, чтобы тулвинских башкирцев, расположенных своими жилищами по р. Тулве, содержать в повиновении.

В таком состоянии находились означенные провинции до открытия Пермской губернии под именем Наместничества 18 октября 1781 года, которое разделено было на две области: Пермскую и Екатеринбургскую. В первую из них вошли уезды: Пермский, Соликамский, Чердынский. Обвинский, Оханский, Осинский, Кунгурский и Красноуфимский, а во вторую – Екатеринбургский, Далматовский, Шадринский, Камышловский, Ирбитский, Алапаевский и Верхотурский. Наконец, в 1797 году Высочайшим указом Пермская губерния разделена на 12 уездов. При чем уезды городов: Далматова, Алапаевска и Обвинска присоединены к соседственным. (Хозяйствен. описан. Перм. губ. т. III).

Карта Пермской губернии в границах 1797 года

Карта Пермской губернии в границах 1797 года

Post a Comment

Your email is never published nor shared. Required fields are marked *
*
*