Skip to content

Пермская летопись. 1556 год

Иоанникий (Аникей) Строганов

Иоанникий (Аникей) Строганов

Посол Дмитрий Куров возвратился в Москву вместе с сибирским послом, Бояндой, с которым Сибирский князь Едигер прислал дани только 7 000 соболей, об остальной же объявил, что по случаю войны с Шибанским царевичем и пленения последним много людей, явились затруднения в сборе дани, – на что Куров говорил, что дань можно было собрать сполна, да не хотели; вследствии чего царь положил опалу на Боянду: велел отобрать у него все имение, самого посадить под стражу, а в Сибирь, через Пермь, отправить служилых татар с грамотой, чтоб во всем исправились. Приказ царя князь Едигер исполнил и вместе с тем прислал шертную грамоту за своей печатью, в которой Едигер обязывался быть у царя в холопстве и платить каждый год дань беспереводно (Истор. Соловьева т. 1, изд. 2-е).

Примечание. Конечная цель подобного заявление Едигера перед Москвой состояла в том, чтобы могуществом покровителя своего сдерживать своих недругов. Хотя, по отдаленности Москвы, трудно было ожидать помощи от нее, что, в свою очередь, отнимало страх у врагов его. Подобное положение понимали и в Сибири, – тем более, что Москва во внутренние дела Сибирских князей не вмешивалась и ей нужно было лишь одного – это исправной платы дани. Но в этом цели она достигала не всегда. Так мы видим, что сибирский князь Кучум обязался платить дань Иоанну, но потом убил московского посла. Все это продолжалось лишь до того времени, пока движение русского народа на северо-восток не приблизило своих селищ к Каменному поясу и, наконец, не перешагнуло через него. В этом случае оказал важную услугу род Строгановых, что мы увидим под 1558 годом настоящей летописи.

Великий князь Иван Васильевич великое имел попечение, чтобы найти в России руд медных или других металлов сокровища, а особливо медные, чтобы завести в России заводы медеплавильные; ибо тогда медь получалась из других государств, а в России знающих о том металле, да приискателей не было, но токмо довольствовались железными приисками, да и того получалось малое число; ибо заводов заводов железноделательных с большими домнами, не было. Того ради, во многих грамотах, царь повелевал Строгановым о приискании тех металлов иметь прилежное старание, а в 1556 г. особливою грамотой Аникею Строганову было подтверждено: «велел есми сыну твоему Григорию на Устюге, в Перми и в иных наших городах, искать руды медные, и ты бы его на то дело отпустил». Но хотя по тому повелению он, Григорий, о приискании той медной руды не малое время прилежное старание и прилагал, но за незнанием и не имением ведущих о том местах и металлах, в коих оные облежит, отыскать не могли. Сей Аникей Строганов у Соли-Вычегодской был знатный и богатый человек; слава о нем более и более умножалась, не только получал он богатство от соляных своих промыслов, но к нему приезжали купцы с российскими и заморскими товарами; приходили же и из соседственных, а паче из незнаемых ему иностранных народов, с мягкой дорогой рухлядью, которой товар покупал у тех народов, из первой руки, и от того получал себе немалый прибыток. Он прилежно примечал между теми незнаемыми ему гостьми в языке, в платье и в обхождении, нашел в них великую разность, из которых иные назывались самоядью, вогульцами и другими названиями, о которых в России мало еще тогда было известно, – познал, что некоторые из них жительство имеют за Югорскими горами и страны мало тогда ведомой Сибирской. Аникей крайнее возымел желание знать, в каком расстоянии она Сибирская земля от границ российских отдалена, и через какие места проходить до оной подлежит, – принял твердое намерение сию землю, чрез упомянутых гостей, отчасти знаему себе учинить, которые есть богатые сокровища производить.

Сего ради, учинил он с некоторыми из сих иностранцев дружбу, послал с ними сперва человек десять своих служителей и приказал, чтоб они о всех обстоятельствах оной земли, с крайним прилежанием, проведали и, возвратясь, обстоятельно ему сказали. Когда ж помянутые люди, во всякой целости и с не малым прибыточным товаром и радостными известиями, назад возвратились, Аникей, будучи тем первым и весьма счастливым успехом одобрен, не опасаясь от тех народов, по знаком­ству какого зла, отправил туда ж, на другой год, некоторых из своих сродников с разными мелочными товарами с таким приказанием, чтоб они, внутрь той земли, жительства их еще далее проведать старались; те, посланные, исполняя приказание, пошли от Соли-Вычегодской в верх по реке Усмене, минуя вершины реки Печоры, и перейдя высоких гор хребет, которой облежит между рек Печоры и Оби, и вышедши на реку Обь, где в великом множестве жительствует остяков и других наро­дов в разных городах и по урочищам, — с теми народами они, послан­ные от Строганова, весьма дружелюбно поступая, выменяли вместо дешевых своих мелочных товаров, и привезли с собой оттуда множество са­мой лучшей рухляди, соболей, и лисиц и других зверей. Сие Аникея побу­дило еще несколько лет продолжать столь прибыточное купечество. В том купечестве хотя прежде его, Аникея, в ближних к России в сибирских местах и другие обращались, однако они имели причины, чтоб сей при­быльной торг таить для своей прибыли; но Аникей богатства своего не скрыл; он, в местах около Соли-Вычегодской, накупил себе земель и людей, а именно: в уездах в Колоторском (?), в Почезерском, Вышезимском (?), в Басгах (?), в Вылятской волости, в Никольском н в Ильинском приходах, да на Устюге в Вондо-Курском, Комаровском, Суповском приходах и в других многих; построил у Соли-Вычегодской, своим соб­ственными иждивением, великолепную каменную соборную церковь, стоящую на многих под нею палатах, с шестью освященными приделами и с богатою весьма ризницею; особливо богатым иждивением украшены святые образа драгоценным каменьем, и жемчугами и прочею богатою утварью; також усердствовал многим прикладом другим церквам: не только у Соли-Вычегодской, но на Устюге и по другим знатным городам н монастырям церкви созидал и благолепно украшал, многие же и свои деревни церквами украсил. От него не токмо зависело, чтоб источник такого сысканного им в Сибири богатства не истощимым был для него, но он предпочел пользу отечества — паче собственной своей прибыли, немедленно поехал в Москву и при царском дворе объявил известия те, которые по то время о Сибири и ее жителях он получил.

Сибирь тогда еще мало в России была известна и в подданстве из сибирцев еще почти никого не было, но только были покорены в 7007— 1499 году Березовцы, кои к северу, и несколько остяков и кондийцев, а о прочих сибирских местах были неизвестны, но Аникой Строгановым в царствование царя Иоанна Васильевича вновь узнали о Сибири.

Примечание. Кондийское княжение подчинено платежом ясака городу Пелыму с прочими уездными ясашными вогульцы, которых было не более тысячи луков, то есть плательщиков ясака; счи­тается платить ясак в казну соболем не дорогим, лисицей, горностаем, белкой и лосинной кожей.

Итак, означенное Аникея Строганова о Сибири объявление при дворе царском принято было весьма за важное обстоятельство, что видно из следующего: 7065—(1557) года послались в Сибирь послы, по примеру других соседственных народов, имели дружбу и отправляли купечество, а с прочих ближних вышеупомянутых к России сибирцев, хотя и дань брана была более тысячи соболей, но о завоевании Сибири под державу российскую тогда ни малого еще намерения не было.

За такое важное объявление при дворе не в долге получил он, Аникей Строганов не малое награждение, а именно: уведомился он, Аникей, от ведующих людей, что в Перми Великой земля при реке Каме мало тогда жителями была обитаема, а к поселению весьма способная и всем изобильная, и так как Аникей имел у себя трех сынов—Григория, Яко­ва и Семена, — ради того и распространения своей фамилии и к прибавлении к старым у Соли-Вычегодской вотчинам надо было сыскать полезнейшие, другие заселения, пожелал на оных, объявленных ему в Перми местах, с фамилией своей поселиться, надеясь, что на тех новых местах будет лучшее довольствие и дому приращение, послал на те пустые и не населен­ные пермские места, на имя большего своего сына Григория, просьбу. (История о родословии и богатстве фамилии гг. Строгановых. В. Шишонко).

Василий III Темный (миниатюра из царского титулярника)

Василий III Темный (миниатюра из царского титулярника)

Примечание. Между помянутыми Строгановыми особливо Лука, Козьмин сыи, достопамятен. Он был знатный и богатый человек; ибо в данной, от государя царя и великого князя Василия Ивановича Шуйского, Строгановым, Максиму Яковлеву с братьями, жалованной грамоте, марта 24 дня 7118 — 1610 года, между другими их, Строгановых, заслугами, засвидетельствовано и сие, что некто из их предков, которой не иной кто быть может, как помянутой Лука, Козьмин сын, великого князя Василия Васильевича Темного, по великому к нему своему усердию, не жалея своих пожитков, знатной суммою денег из плену у татар своими деньгами выкупил. Сей несчастный случай учинился великому князю от ордынских татар, о котором пишется, в некотором летописце таким образом: «В лето 1953 — 1445 году, Махмет послал детей своих воевати под Моск­ву Мамутина, да Эгупа; великий же князь Василий Васильевич изыде противу их и бой бысть под Суздалем и побита много татар и начата паки татарове возвра­щаться; великой же князь напусти на них своим полком, близ Евфимиева монас­тыря, татарове же взяша на том бою великаго князя и много иных князей и бояр и ведоша до Курмыша и ту утвердиша крестное целование, что дает великий князь за себя окуп, и тако отпустиша его и с ним взятых князей и бояр». — Из сего видно, хотя точно в том летописце, что помог окупом великому князю Лука Строганов и не упоминается, но выше объявленною царскою грамотою, засвидетельствовано, что был выкупщиком тогда из Строгановых роду, а не от иных фамилий что и в записях иных, без сомнения, принято, за то его, Луки Строганова, достохвальное дело, чаятельно, что без благодарности великого князя оставлено не было.

Сей честный муж, Лука Строганов пожил во благополучии и в милости от великого князя, блаженною кончиною от жизни сей преставился. Помянутой сын его Федор, по смерти отца своего Луки, с детьми своими — Степаном, Осином и Владимиром, жительство свое в Москве благополучно продолжали не малое время, во всяком довольствии и милости. Когда же пожелал он, Федор, переехать из Москвы и жительство иметь с детьми своими в Великом Новгороде, и сие ему от великого князя московского позволено было, а в котором году переезд его из Москвы в Новгород и сколько лет в Новгороде жительства имел, за недостатком письменных известий, не ведомо; но о сем только известно, что, в конце пятого на десять века, то есть, по Рождестве Христове 1488 году, по усмирении великим князем Иваном Васильевичем, (которой был дед государю царю и вели­кому князю Ивану Васильевичу всея России), из Новгорода, Федор с детьми своими, по просьбе своей к великому князю, чтоб из Новгорода выехать и переселиться жительством к Соли-Вычегодской, и, по той его просьбе, великим князем, он и уволен был, и после оного времени не упоминается уже Строганова роду в Москве и в Новгороде жительством, но на Устюге и у Соли-Вычегод­ской.

Новгородцы вторично отложились от великого князя московского по наущению самовольно отступившей вдовы новгородской Марфы жены и сына Борецкого с детьми ее и прочих помощников. Великий князь ходил в Новгород два раза со многим воинством. В первом походе привел их в послушание, а во втором поймал Марфу посадницу, послал в Москву, а оттоль в ссылку и с ее внукомъ, а сына ее казнил смертью, и тем, уничтожив республику новгородскую, привел оную в свое самодержавство; тогда ж привезен из Новгорода и вечевой их колокол, то есть, сборной, что ныне в Москве набатный.

Помянутой Федор Строганов,  выехавши из Новгорода в Соль-Вычегодскую, с довольным богатством, и не в долгом времени, по приезде своем, будучи уже в довольной старости, пожелал принять на себя чин монашеский, и был пострижен, и в монашестве наречено имя ему Феодосий.  Пожив в монашестве не дол­гое время, преставился. По нем остались дети его — четыре сына помянутые: Степан, Иосиф и Владимир, да меньший его сын Иоанникий, который родился ему в Новгороде. Помянутой Федор Строганов еще при жизни своей присмотрел в самом городе Соль-Вычегодске небольшое соляное озеро, в которое стекают с берегов ключи рассольные. Примечая, что и по всему дну того озера тех ключей есть до­вольно, однако лучшую свою доброту смешивают с пресною того озера водою и тем доброту свою теряют, положил намерение, при том озере, построить соловаренные варницы, от которых была бы государственная польза, так же бы и себя сими честными трудами содержать мог; но того при жизни своей не исполнил, а испол­нили, но приказанию его, помянутые дети его. Они поставили, по край оного и в самом озере трубы, и тем, минуя пресную воду, начали, при тех трубах, стро­ить соловаренные варницы; однако, без дозволения великого князя, оного промысла в действие пустить не смели — того ради учинили и великому князю Василию Ива­новичу о дозволении варения на тех варницах соли просьбу, и, по той их просьбе, пожалована им от него, великого князя, на тот их соляной промысел дозво­лительная жалованная грамота, в лето от создания мира 7025, от Рождества Хри­стова 1519 году, на имя помянутых трех братьев, детей Федоровых: Степана, Иосифа и Владимира – с пожалованием к тому соляному их промыслу, в Вондокурской волости, диким лесом, да солью Качаловскою в вечное владение, которой промысел тщанием их вскоре распространился. А как после те трое братья, по разным временам, без наследников померли, то, по их кончине, вступил во все наследства меныпий их брат; а, Федоров сын, Аникей Строганов, соляной тот промысел в варении соли гораздо учинил пред прежним действительнее и привел в лучшее и прибыточное состояние, и от того промыслу получил знатную себе прибыль, а добродетельными своими поступками всеми любим и почитаем и довольно знаем был великому князю. Помянутая же жалованная от великого князя грамота, данная трем братьям на соляной промысел, особливо их, Строганова, роду есть достопамятна для преимуществ которые, тою грамотою, даны им были, чтоб над их подчиненными они их (кроме уголовных дел) сами судили, а для их самих, чтоб они, Строгановы, ни кем, кроме великого князя, судимы не были.

По кончине великого князя Василия Ивановича Донского вступил на Всероссийский престол сын его, государь царь и великий князь Иван Васильевич всея России, в лето 7041—1533 году. При сем великом государе помянутой Аникей Строганов, у Соли-Вычегодской, по честности роду своего и по прибыточным соляным своим промыслам, был великому государю известен. Он имел тогда трех сынов: Григория, Иакова и Семена. Его царское величество, по особливой к нему Аникею милости и знатности его, поручил ему и сыну его Якову в смотрение, чтоб как англичане, так и другие иноземцы, которые от порту города Архангельска, проезжая с привозными товарами своими в Москву, оными у Соли-Вычегодской и по другим российским городам и уездам до самой Москвы, теми товарами, врознь не торговали, а продавали бы оптом, також имел бы смотрение, чтоб те англичане пеньку не покупали и из оной канатов не спускали, а земские бы люди железоделаемых ручных домниц не имели, и железо иноземцам не продавали и о карабельном лесе, которой бран был из тех мест в продажу англичанам, о том присылать ведомости, — по скольку оного в год на корабельное строение в про­дажу выходит, и какими они, англичане, у Соли-Вычегодской товарами торгуют, о всем том особливую грамотой его царского величества велено им, Строгановым, почасту в Москву уведомлять, а из привозных к городу Архангельскому немецких товаров, что надлежало ко двору его царского величества, — ему ж велено по­купать вольною ценою. Поручены ж были им, Строгановым, и другие комиссии.

Оное все от его величества приказанное с пользой государственной и во угодность его царскому величеству чинено было без малейшего упущения, что тогда в по­хвалу их, Строгановых, и грамотами 7060-1552, 7063-1555, 7068—1560 годов засвидетельствовано; к тому же для необходимой тогда государственной надобности, по требованию великого государя, Соли-Вычегодской за посад и за уезд, по тогдаш­нему положению, пошлины и другой казенной сбор за всех платил он, Аникей, но многие годы своими деньгами — суммой, а с них получал после уже обыкновенным образом. (Ист. о богат. и род. гг. Строгановых В. Шишонко).

Post a Comment

Your email is never published nor shared. Required fields are marked *
*
*